Архив рубрики: Критика

День за днём

Журнал художественной литературы «Новый мир» опубликовал в августовском номере  статью известного московского критика, члена Русского ПЕН-центра Александра Чанцева, посвященную обзору современной русской прозы. В ней автор достаточно подробно анализирует также мой роман «Гастарбайтер», выпущенный в 2017 году московским издательством «Зебра Е».
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_8/Content/Publication6_6700/Default.aspx

ИНДИВИДУАЛИЗМ ПОРОЖДАЕТ ПРОРОКОВ

В Москве прошла конференция, посвящённая столетию великого киргизского поэта Алыкула Осмонова

Выступили писатель К. Джусупов, переводчик М.  Синельников, алыкуловед М. Тентимишев, литературовед А. Бондарев, зам.председателя Фонда А. Осмонова А. Эрматов, студенты МГЛУ Д. Домбровский, А. Доброван и др. Как бывает на таких мероприятиях, открывали конференцию ректор университета И. Халеева и посол КР в РФ Б. Джунусов

Моё выступление на конференции

Михаил Бахтин ввёл в литературоведение понятие большое время, чтобы подчеркнуть важность произведения. Это понятие является своеобразным нивелиром для определения лучших произведений, созданных любым писателем, любого народа. На большое время работали и киргизские писатели: Чингиз Айтматов, Тугельбай Сыдыкбеков, Узакбай Абдукаимов, Толеген Касымбеков, Аалы Токомбаев, Алыкул Осмонов, Касымалы Баялинов, Суюнбай Эралиев, Мидин Алыбаев, Райкан Шукурбеков, Байдылда Сарногоев, Шатман Садыбакасов, Кенеш Джусупов, Ашым Джакыпбеков, Джалил Садыков, Бексултан Джакиев, Мар Байджиев и другие.

============ Читать далее ИНДИВИДУАЛИЗМ ПОРОЖДАЕТ ПРОРОКОВ

Евгений ПОПОВ о трёх романах М.Мураталиева

Евгений Попов и Муса Мураталиев
Евгений Попов и Муса Мураталиев

ЧИТАЯ МУСУ МУРАТАЛИЕВА

Вот тут в России начальство объявило «Год литературы», и люди, от литературы далекие, но все же считающие нужным для себя «быть в курсе», весьма часто задают вопрос « А кто у нас нынче лучший писатель? Прогрессивная Улицкая, бунтарь Прилепин, ужасный Сорокин или таинственный, как капитан Немо, Пелевин?»

Дорогие друзья, поверьте мне, старику с пятидесятилетним писательским стажем, что вопрос этот, как и многое другое в жизни, не имеет смысла.

Ибо писатель не может быть лучшим или худшим. Он или есть или его не существует вовсе. Перечисленные выше славные имена из расхожего джентльменского набора КРЕАТИВНОЙ литературы несомненно принадлежат ПИСАТЕЛЯМ, не взирая на всю мою латентную добродушную иронию. Ведь настоящий писатель – это тот литератор, чьи тексты МОЖЕТ НАПИСАТЬ ТОЛЬКО ОН САМ и никто иной – пусть сей «иной» будет трижды умнее, эрудированнее, пластичнее, красивее, грамотнее и т. д. Знак первородства есть сертификат на пребывание писателя в литературе, а клоны, гладкопись, вторичность и серятина – всего лишь оборотная сторона графомании. Модные персоны, чьи имена сегодня у всех на устах, весьма часто сдуваются со временем, как воздушные шарики или просто-напросто надоедают. Русская литература не 1 января 2015 года началась, а гораздо раньше, и всякий, кто хоть чуть-чуть знает ее историю, может убедиться в моей правоте. Да и сейчас, кроме Москвы и Питера практически в каждом уголке России, живет крупный писатель, которым мало интересуется столичная тусовка. Пожалуйста, вот первые пришедшие на ум имена этих людей разных возрастов и поколений. На Дальнем Востоке – Александр Вялых, в Красноярске – Эдуард Русаков, в Казани – Денис Осокин, в Перми – Нина Горланова, во Владимире – Анатолий Гаврилов, в Каргополе – Александр Киров. К числу таких настоящих писателей принадлежит и Муса Ырыскельдинович Мураталиев родившийся много лет назад в селе Ача-Кайынды, Ат-Башинского района, Нарынской области, Киргизской ССР, а ныне, волею судеб, уж несколько десятилетий живущий в Москве, которая и помогла ему найти главную тему его писательской жизни.

Ибо романы, которые собраны под этой обложкой, мог написать он и только он – выходец из бедной советской семьи, сделавший при Советах карьеру, венцом которой была должность консультанта по киргизской литературе при правлении Союза писателей СССР, Союза канувшего вместе со всей красной Империей. Должность не помогла. Его, как и многих других, много лет не печатали, сдуру обвиняя в национализме и еще чем-то крамольном, что мерещилось прежним идеологам, призванным пасти писателей, как овец.

Это его боль и его тема – новое рассеяние древнего народа, выдутого ветром перемен конца XX –  начала XXI c привычных мест обитания. Где жизнь не была легкой и справедливой, но была устоявшейся и предсказуемой.

Тексты Мусы Ырыскельдиновича, переведенные на разные языки, давно стали фактом не только киргизской, но и русской литературы, и в этом, конечно же, плюс «имперскости», когда в музыку нашей великой литературы вплетается одинокая экзотичная мелодия, без которой эта музыка в дальнейшем уже не может существовать.

Нервная скороговорка, фразы с явным киргизским акцентом – то смысловым, то стилистическим – фирменный прием писателя, столь удачно «пойманный» им уже в первом романе этого цикла «Тоска по огню». Парадокс, но роман о якобы «азиатах» – на самом деле сугубо европейский, космополитический, о проблемах, которые касаются обитателей не только Киргизии или России, но и граждан всего мира, само существование которого в очередной раз находится под угрозой. И не только из-за войн и рецедивов первобытно-общинной дикости в разных местах планеты, но и, как мне кажется, из-за чудовищной усталости этого мира, перебравшего практически все варианты построения счастья ДЛЯ ВСЕХ. Год литературы есть, замечательный писатель Муса Мураталиев есть, а счастья все нет и нет. Однако не унывайте, дорогие друзья, и если вам опять станет неуютно жить, откройте эту книжку. Она ОТТЯГИВАЕТ, как говорила на своем жаргоне в годы моей юности тогдашняя молодежь.

 

Евгений Попов, Москва

02. 02. 2015

День за днём

Продолжаем знакомить с выступлениями ораторов на презентации книги «Нашествие мигрантов» в Торговом Доме «Библио-Глобус» 17 ноября 2014

Евгений Попов, Ольга Озерцова и Муса Мураталиев
Евгений Попов, Ольга Озерцова и Муса Мураталиев

Евгений Попов. – Я написал предисловие к книге «Нашествие мигрантов» с превеликим удовольствием, потому что я давно знаю Мусу и читаю все, что он пишет. Ко мне сейчас пришла в голову еретическая мысль: киргизская литература с Чингиза Айтматова началась и закончится никакой! Но существование Мусы Мураталиева говорит о том, что она успешно развивается. Она развивается в традициях своих предков. А традиции лежат огромные, не только в текстах, нам известных с советского послереволюционного времени, но и в эпосах и массе других материалов фольклорного характера.

Что касается романов Мусы, то в них мы видим не попытку восстановления исчезнувшей советской империи, от Москвы до самых до окраин, а попытку собирания единого духовного пространства. А оно ведь и от реальных вещей сильно зависит! Что я имею в виду? Регистрацию, прописку, мента, который берет деньги от человека неславянской внешности. Я говорю о том  духовном пространстве, на котором был построен успех Айтматова, потом и белорусская проза с какими-то неуловимыми среднерусскими оттенками. И вот теперь Муса пишет о том же духовном пространстве…

Сейчас читатели люди опытные. А писатель-то тем более должен быть на уровне. Теперь, раскрыв книжку, по первой строчке можно определить, что это писатель или нет. Романы Мусы – настоящая литература! Сейчас столько много псевдятины, а тут серьёзная литература! Я понимаю и не гневаюсь, так устроена жизнь. Люди живут тяжело, им надо выживать, но появилось огромное пространство, заваленное «пластмассовой» литературой. Есть она или нет – мне все равно. Такая литература, которой сейчас множество – одноразовая. А книги Мусы Мураталиева, которые я читал, вот они – навсегда! Я понимаю, что такая литература каких-то вулканических успехов сходу не берет, но знаю, что это настоящая литература!

День за днём

Акбар Рыскул, председатель союза писателей Кыргызстана
Акбар Рыскул, председатель союза писателей Кыргызстана,

Продолжаем знакомить с выступлениями ораторов на презентации книги «Нашествие мигрантов» в Центральном Доме литераторов 23 октября

Акбар Рыскул, председатель Союза писателей Кыргызстана, Заслуженный деятель культуры КР, известный поэт и государственный деятель

— Я согласен, когда заявляют, что  Муса Мураталиев российский писатель, потому как он пишет по-русски,  в то же время я считаю, что он в первую очередь кыргызский писатель, ибо он кровь от крови, плот от плоти от нашего мира. Теперь, к сожалению, время разделило нас на две части  — до Чингиза Айтматова и после Чингиза Айтматова. Сейчас на эту послеайтматовскую арену выходят достойные его продолжатели, одной из ярких  таких фигур является Муса Мураталиев. Мы помним, как его первые публикации на страницах журнала «Ала-Тоо» вызывали неодобрение со стороны партийной организации. Так что  он еще тогда имел характер, и тогда умел защищать свою идею, выразив её откровенно и столь ярко. А когда он стал представителем кыргызской литературы в Москве, многие, ранее критиковавшие его  оппоненты, изменили свое отношение к творчеству Мусы Мураталиева. Начали захваливать, называя его новым классиком, говорили, что Мураталиев теперь должен и может дать продукцию высшей пробы, как настоящий интеллектуал. А вышло, на самом деле он «оправдал» их надежды. Мне кажется, он никогда не останавливался на достигнутом, что характерно для больших талантливых творческих личностей. В конце приглашаю вас, Мусаке, приезжайте в Бишкек, мы проведем обсуждение Вашей новой книги. Вас в Москве знают, а в Бишкек вас не знают…


 

Ольга Озерцова, прозаик, литературный критик
Ольга Озерцова, прозаик, литературовед

Ольга Озерцова, прозаик, литературовед.

— Есть несколько тенденций в творчестве Мусы Мураталиева. Это активно-социальная, связанная с мигрантами, и очень интересная, мифологическая, связанная с природой. Последняя у него на этот раз как-то в сокращенном виде представлена в книге. Это, конечно, печально. Я хочу обратить внимание на особый дар Мусы Мураталиева  в описании природы. Я думаю, что на тему социальную  многие могут написать, а мифология – это, конечно, особая вещь. Описание природы у Мусы Мураталиева — совершенно необычное. Оно очень живое и отличается таким удивительным, может быть, это киргизская особенность, видением мира. Я думаю, что оно даже отличается от айтматовского видения. У Айтматова оно более архитипично, мифологично, символично. Акбара, например, то ли он волк, то ли она человек. У Мусы удивительное описание природы, у него природа как  в действительности, мне кажется, что, например, животные его вот так вот чувствуют. Это не описание со стороны, это их эмоции изнутри. Очень органично, необычно! Это мне напоминает «Слово о полку Игореве». Там вот такое сращенное восприятие животных и птиц. У Айтматова есть повесть «Плач перелетной птицы», там очень необычные птицы. В предыдущей книге, «Тоска по огню», на её задворках есть повесть о соколе — «Хваткий мой», которая удивительно совершенна! А в этой книге, «Нашествие мигрантов», есть повестушка  — «Жнивье». Обратите внимание на это маленькое произведение. Оно уникально, прежде всего, тем, что повесть построена на эмоциях и восприятии серой овечки – Сарыкой!.. Я очень надеюсь, что Муса Мураталиев их объединит и сделает книгу, отдельную, она будет очень необычной и ценной, как у Тургенева «Записки охотника».


 

Обложка книги Нашествие мигрантов
Обложка книги Нашествие мигрантов

М.Мураталиев, прозаик и журналист:

— У меня несколько ремарок. Относительно влияния Манаса, на  текст романов, могу сказать, что великий эпос – наша идеология, потому как мы его знаем с малых лет, а потом всю жизнь осваиваем его. Относительно имен в «Нашествии мигрантов». Имен иммигрантов — более сорока, то есть столько, из скольких родов состоит кыргызская нация. Любой мигрант,  выехавший за пределы родины, дорог всем сорока родам кыргызов, поэтому в одной судьбе отражается умонастроение целого народа. Вот для чего нужно было назвать именами всех родов своих героев, фактически используя их как код кыргызского народа. О тематике романа. В романе есть два способа приёма в гражданство из рядов иммигрантов. В главе  «Россия не родила нас» это принуждение мигранта, что называется «через колено», в результате Деёлес становится инвалидом. Другой способ — мирно-добровольный, в глава «Стас». Он женится на Багыш с условием, что он  может убить, но и может любить. Религиозная тематика. Почти все ведущие религии мира: иудаизм, православие, католицизм, ислам, оказывается, заимствовали свои дидактические материалы из шумерской клинописи. Этот факт раскрывается, когда исследуются истоки тенгирианства.