Архив метки: Книги

Адам… Атом… Фантом

Я повёл 30 октября 2019 года, к своему удивлению, сверхбыстрый вечер!

Гендиректор библиотеки имени А. П. Боголюбова Владимир Семёнов разрешил провести его в Суриковском зале, притом, совершенно бесплатно!

Это ещё не всё!

Вечер я могу провести до позднего времени, (обратите внимание!), если угодно, ночь напролёт!

Сотрудники библиотеки привели меня и Соню туда.

Мы были в восторге от его красоты!

Зал оснащён всевозможными техническими средствами: микрофоны, экран, проектор для показа презентации, компьютер.

А на стенах картины старых художников, рояль, удобные кресла, обитые светлым бархатом и так далее, и так далее.

Весь этот образ старины завораживает!

Веет благородством и уютом.

В жизнеописании старинного особняка отражена история российского высшего общества.

Построен особняк в 1878 году по проекту сына легендарного лексикографа, «Толкового словаря живого великорусского языка» В. И. Даля.

Изначально особняк принадлежал внуку А. И.  Радищева.

Следующим владельцем особняка стал сын известного мецената и коллекционера С. М. Третьякова.

Эта не просто старинный дом – архетип, имеющий подпитку жизненного уклада высшего общества России, в своём роде, первообраз той жизни.

Стены насыщены духом жизни знатных русских аристократов.

И мы, представители неклассической культуры, порою, чурающиеся своим бескультурьем!

Не прозовут ли нас фантомы бывших хозяев моветонами?

Моё намерение собрать, как прежде, больше народу, угасает.

Приглашаю поимённо, прежде всего, тех, не стану скрывать, кого лично знаю и кто знаком с моими текстами, близких по духу людей.

Странным образом, но прежний мой актив откликнулся пассивно!

А мой близкий друг даже взбунтовался:

— Не пойду, – говорит он. – Ты приглашаешь того, этого…

-Ну и что? – говорю я.

— Они своим поведением плохи, микрофон вырывать станут из рук, не надо их звать!

— Я приглашаю тебя, – говорю я, и ударение делаю на слове «тебя». – А те сами придут, разница в этом.

В среду, я и Соня приехали на такси.

Тут подъехал наш сын со своими друзьями: с тортами, напитками, соками и водой.

Они помогают нести наши коробки, сумки со всевозможными яствами.

У меня в руках сумка с армянским коньяком, водкой «Архангельская» и вином «Louis Eschenauer».

Уже после официальной части участники вечера, человек тридцать с лишним, угощались: пили чай, кофе, воду и соки.

Окружившая нас обстановка, похоже, не давала нам вести себя вольно.

Водку пригубили я и Владимир.

Желающих пить водку кроме нас не нашлось.

Как говорится, происхождение отпугивает нас самих!

Армянский коньяк откупорили на другом конце стола.

А вот с вином вышло недоразумение!

Не нашлось штопора, и бутылка так и осталась непочатой

Начался разговор не через микрофон, а с глазу на глаз!

Смех и радость разлились рекой.

Всем было радостно оттого, что они тут нелишние, а наоборот, кстати!

Обид ни у кого нет!

А только веселье!

Чистосердечный разговор в таком уюте и старине!

Оттого всем радостно и очень весело!

На всякий пустяк гости откликались!

Мы долго оставались в таком естественном весели!

Такие минуты можно было бы называть дружескими!

Гости тут продолжали разговор о моем боевом соколе…

Эти слова произносились от чистого сердца, хотя мне было неудобно слышать их.

Гости на вечере имели возможность ближе познакомиться друг с другом:

дипломатом Бубуйрой айым,

недавно вернувшейся из МНР учительницей русского языка Надеждой,

студентом московского мединститута из Сербии Стефаном,

близкой знакомой нашей семье Ольгой, приехавшей на вечер на своей машине с другого конца Москвы.

Узнали нашу тётю Соню и её дочь Лейлу,

преподавателя консерватории Дашу, пришедшую со своей ученицей, исполнившей в зале на фортепиано «Сказки» не столь уж известного композитора Николая Метнера,

студентку ВГИКа Алису, показавшую презентацию книги своего деда.

Соня, нагибаясь в мою сторону, говорит шёпотом:

— Завтра Наталию Александровну кладут на операцию. – Но, –  добавляет, – она рискнула, несмотря на тяжёлый день, ожидание операции, сегодня быть с нами.

— А выступала как?! – говорю я. – Такого глубокого и всестороннего анализа моего текста я прежде не слышал ни от кого.

Соня замолкла, тогда я продолжаю:

— А разве не риск поступок Евгения Анатольевича?

Позавчера выпустили из больницы!  А забрали его с подозрением на инфаркт, притом, второй!

Я вчера чуть не заплакал, когда всё это узнал.

Матюгаться стал сходу, а потом, словно, кто мне язык отрезал!

Слёзы не дают мне что-либо произнести…

(У меня такая дурацкая манера, чуть что-то сразу слёзы душат меня).

Сам думаю, надо его отговорить от вечера, как-нибудь пройдёт!

А Евгений Анатольевич:

«- Ничего-ничего, – говорит с характерным невозмутимым спокойствием. – Всё это херня!

Собирай народ!

Я приду в назначенный час, даже на полчаса раньше!

Не скисай, это раньше нежились!

Мы с тобой не в состоянии отказаться от своих намерений, даже когда нам грозит смерть!

Тяжело будет в такие минуты не тебе, а мне, если буду сидеть дома и переживать!

Если так суждено, так сидя в четырёх стенах умру!

Человеку предписано, когда-нибудь уйти из этого мира.

Этого никому не миновать.

А ты собирай народ и не вздумай отменять вечер!»

Я всё ещё молчал в трубку, не оттого, что не знал, что сказать, а оттого, что Евгений Анатольевич был прав!..

И вот теперь хочу спросить вас, мои дорогие читатели или участники вечера. Ответьте мне!

Говорят же, что много умов решает всё!

Или нас не достаточно много?

Или мы только прикидываемся умными, всесильными, на самом деле не так?

Тогда получается, что мы, состоящие из миллиарда атомов, ходящие существа, движущиеся до первого серьёзного препятствия?

А там, споткнувшись, рассыпаемся на миллиарды атомов?

Но мы отошли от темы вечера.

Я думаю, у вас есть желание узнать, что случилось с Евгением Анатольевичем и Наталией Александровной?

И я отвечаю.

Сегодня, 11 ноября сего года, Евгений Анатольевич продолжает свою деятельность.

А Наталие Александровне сделали операции на ноге, и вчера она ответила нам, что уже дома и теперь учится передвигаться на коляске.

Могу от своего имени добавить, умоляю вас всех, любите жизнь и не бойтесь смерти!

Этот мир создан руками человека, и он управляем, пока мы живы!

Приглашение

Друзья!

14 февраля 2018 года в Русском ПЕН-центре состоится представление моей книги «Поэт и Писарь», выпущенной в конце 2017 года издательством «Za-Za» (Дюссельдорф). Начало в 18.00

Адрес: Москва, ул. Неглинная, д. 18/1, стр.2

http://www.penrussia.org/new/2018/9102

День за днём

Журнал художественной литературы «Новый мир» опубликовал в августовском номере  статью известного московского критика, члена Русского ПЕН-центра Александра Чанцева, посвященную обзору современной русской прозы. В ней автор достаточно подробно анализирует также мой роман «Гастарбайтер», выпущенный в 2017 году московским издательством «Зебра Е».
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_8/Content/Publication6_6700/Default.aspx

День за днём

cover_gastarbiterУвидела свет моя новая книга  — «Гастарбайтер»:  роман в трёх действиях.

Ее  выпустило московское издательство «Зебра Е»   тиражом 1000 экземпляров, зато объем  —  640 страниц.

Евгений ПОПОВ о трёх романах М.Мураталиева

Евгений Попов и Муса Мураталиев
Евгений Попов и Муса Мураталиев

ЧИТАЯ МУСУ МУРАТАЛИЕВА

Вот тут в России начальство объявило «Год литературы», и люди, от литературы далекие, но все же считающие нужным для себя «быть в курсе», весьма часто задают вопрос « А кто у нас нынче лучший писатель? Прогрессивная Улицкая, бунтарь Прилепин, ужасный Сорокин или таинственный, как капитан Немо, Пелевин?»

Дорогие друзья, поверьте мне, старику с пятидесятилетним писательским стажем, что вопрос этот, как и многое другое в жизни, не имеет смысла.

Ибо писатель не может быть лучшим или худшим. Он или есть или его не существует вовсе. Перечисленные выше славные имена из расхожего джентльменского набора КРЕАТИВНОЙ литературы несомненно принадлежат ПИСАТЕЛЯМ, не взирая на всю мою латентную добродушную иронию. Ведь настоящий писатель – это тот литератор, чьи тексты МОЖЕТ НАПИСАТЬ ТОЛЬКО ОН САМ и никто иной – пусть сей «иной» будет трижды умнее, эрудированнее, пластичнее, красивее, грамотнее и т. д. Знак первородства есть сертификат на пребывание писателя в литературе, а клоны, гладкопись, вторичность и серятина – всего лишь оборотная сторона графомании. Модные персоны, чьи имена сегодня у всех на устах, весьма часто сдуваются со временем, как воздушные шарики или просто-напросто надоедают. Русская литература не 1 января 2015 года началась, а гораздо раньше, и всякий, кто хоть чуть-чуть знает ее историю, может убедиться в моей правоте. Да и сейчас, кроме Москвы и Питера практически в каждом уголке России, живет крупный писатель, которым мало интересуется столичная тусовка. Пожалуйста, вот первые пришедшие на ум имена этих людей разных возрастов и поколений. На Дальнем Востоке – Александр Вялых, в Красноярске – Эдуард Русаков, в Казани – Денис Осокин, в Перми – Нина Горланова, во Владимире – Анатолий Гаврилов, в Каргополе – Александр Киров. К числу таких настоящих писателей принадлежит и Муса Ырыскельдинович Мураталиев родившийся много лет назад в селе Ача-Кайынды, Ат-Башинского района, Нарынской области, Киргизской ССР, а ныне, волею судеб, уж несколько десятилетий живущий в Москве, которая и помогла ему найти главную тему его писательской жизни.

Ибо романы, которые собраны под этой обложкой, мог написать он и только он – выходец из бедной советской семьи, сделавший при Советах карьеру, венцом которой была должность консультанта по киргизской литературе при правлении Союза писателей СССР, Союза канувшего вместе со всей красной Империей. Должность не помогла. Его, как и многих других, много лет не печатали, сдуру обвиняя в национализме и еще чем-то крамольном, что мерещилось прежним идеологам, призванным пасти писателей, как овец.

Это его боль и его тема – новое рассеяние древнего народа, выдутого ветром перемен конца XX –  начала XXI c привычных мест обитания. Где жизнь не была легкой и справедливой, но была устоявшейся и предсказуемой.

Тексты Мусы Ырыскельдиновича, переведенные на разные языки, давно стали фактом не только киргизской, но и русской литературы, и в этом, конечно же, плюс «имперскости», когда в музыку нашей великой литературы вплетается одинокая экзотичная мелодия, без которой эта музыка в дальнейшем уже не может существовать.

Нервная скороговорка, фразы с явным киргизским акцентом – то смысловым, то стилистическим – фирменный прием писателя, столь удачно «пойманный» им уже в первом романе этого цикла «Тоска по огню». Парадокс, но роман о якобы «азиатах» – на самом деле сугубо европейский, космополитический, о проблемах, которые касаются обитателей не только Киргизии или России, но и граждан всего мира, само существование которого в очередной раз находится под угрозой. И не только из-за войн и рецедивов первобытно-общинной дикости в разных местах планеты, но и, как мне кажется, из-за чудовищной усталости этого мира, перебравшего практически все варианты построения счастья ДЛЯ ВСЕХ. Год литературы есть, замечательный писатель Муса Мураталиев есть, а счастья все нет и нет. Однако не унывайте, дорогие друзья, и если вам опять станет неуютно жить, откройте эту книжку. Она ОТТЯГИВАЕТ, как говорила на своем жаргоне в годы моей юности тогдашняя молодежь.

 

Евгений Попов, Москва

02. 02. 2015