Муса Мураталиев. Тоска по огню. (Клуб «Амазонка»)

Глава пятая. КЛУБ «АМАЗОНКА»

Сверчок защелкал издалека, и голос его, казалось, становился все ближе и ближе. Это звонил мобильный телефон. Его несла в руке с кухни Айнура. Как всегда перед сном Султан делал упражнения – отжимания, удары по воздуху, наконец, в завершении – стойку на голове. Оставалось окатиться в душе и спать.

— Это она! – шепотом предупредила Айнура, передавая его, а сама пошла на кухню.

— Алло? Что-нибудь срочное?

— Султанчик, для тебя есть работка! Повезет, наберешь деньжат – повезет, наберешь много, – заключила директриса. – Беги в женский клуб. Твоя фамилия уже в списке значится. На днях я дала им все твои данные – одобрили! Феминистки народ придирчивый. Считай, тебе повезло. Далековато, правда, я бы подвезла, но сегодня занята. Перед ящиком караулю Евровидение.

Чемпион принял душ, одел все свежее, выглянул в окно – темно. На ближайшей улице никого. Перед глазами встали лица родственников, они ждали денег – хотят жить достойно, как те, у кого сыновья и дочери хорошо устроились. Надо!

— Не хуже других живут, ничего! – вздохнул чемпион. – С голоду никто не умер. Выкарабкаемся.

Директриса сказала, надо быть в женском клубе не позднее одиннадцати. Ехать на метро, сесть в первый вагон, выйти через три станции, держаться все время левой стороны. Вход около многоэтажного жилого дома. Дойти до арки с декоративной вывеской «Амазонка». Это и есть тот самый клуб.

— Ночь тут не причем, – буркнул Султан.

В комнате соседи дворники уже заснули. Телефонный звонок не разбудил их. Тут взгляд

его поймал рейтузы Айнуры, они были засунуты под одеяло в изголовье постели. Погасил свет, и комната будто исчезла, образовав сплошные мысли боксера. Заглянул на кухню – из крана капала вода, подойдя, выключил. Айнура у стола вытирала посуду. Султан подошел незаметно и, обняв, поцеловал в шею.

— Чего-то хочешь? – спросила Айнура, не сдвигаясь с места. – Или просто балуешься?

— Просто заглянул. Есть задание. Увидимся. Пока!

— Марии Ивановне привет! – последовала ее ответ.

Уже за порогом ему пришла мысль, что Айнура догадывается о его любовной связи с директрисой.

Шел по слабо освещенной улице и, вспомнив, потрогал карман пиджака: паспорт, проездной, кошелек, ключи – все на месте. Спустился на станцию метро – освещалась хорошо, народу предостаточно. Заметно спешат: кто в ночную смену, кто – домой.

У входа стояла охрана – пятеро здоровенных детин, в черных костюмах – с электрошоком в руке. Они не хотели Султана пускать:

— Пускаем только дам. А ты вроде мужик, не так ли? – сострил один.

— Не тебе судить, – ответил Султан строго. – Покажи список гостей.

Детина, похоже, понял, кто он есть, ответил уже спокойным голосом:

— Пожалуйста, со служебного входа.

— Какого?

— Не ленись, иди, пройдись! Найдешь. Вперед! – издевался тот.

Тут вдруг Султану не захотелось никуда идти. Но он пошел вдоль стены, чтобы оказаться у входа, который по логике должен был быть с западной стороны дома.

В сопровождении охранника чемпион спустился в подвал, там они сели в лифт и поднялись на седьмой этаж. В глубине лестничной площадки красовалась вывеска «Седьмое небо».

Встретила Султана женщина в строгом синем костюме с проседью на висках.

— Вы тот боксер? – спросила она. – Следуйте за мной. Меня зовут Белла Иосифовна. Я руковожу клубом. Мы приглашаем к себе людей, которым полностью доверяем. Надеемся, что вы не будете злоупотреблять нашим доверием. Не допустите какую-либо бестактность по отношению к нашим клиенткам. Наши девушки не потерпят грубость, а тем паче жестокость. Они приходят сюда развлечься. У них это нельзя отнимать. За каждый выход будете иметь отдельную сумму, с которой мы удерживаем в соответствии законом НДС, а то, что вы сумеете заработать на сцене, в зале или в кабине – ваши, не облагается налогом. Сеанс длится тридцать минут два раза подряд, потом вы свободны. Когда образуется пара, обращайтесь ко мне, тогда я найду вам свободную кабину. Султан, вы находитесь в женском клубе – не забывайте. Вам все ясно, вопросы будут?

Чемпион ничего не понял, тем не менее, промолчал.

— Ну что же, вперед! – командовала Белла Иосифовна.

— Так сходу? – спросила чемпион, стушевавшись, в предвкушении странной работы.

Руководитель клуба, женщина средних лет, феминистка, гордая как амазонка, шла впереди, ни на кого из встречных не смотрела, как и на Султана – с самого начала встречи. Ее взгляд то упирался в пол, то блуждал где-то по воздуху, по залу. В свое время, когда Белла была в комсомоле, ее арестовали за то, что она снялась в обнаженном виде. А когда вышла из отдаленных мест, то от задора и юношеского максимализма и след простыл. Друзей растеряла, ушла в себя. Только при перестройке, во время правления Горбачева, открыла «Амазонку». Поэтому она подпускала людей лишь хорошо знакомых или по рекомендации верных ей людей.

Девушка с нагрудным значком «Амазонка» вышла навстречу Белле Иосифовне:

— Все готово, настроение у зрителей хорошее! – сообщила она радостно. – Аншлаг!

— Боксеру помоги переодеться, – сказала Белла Иосифовна спокойно. – Запах у него природный. Оставим так. Ну, как те? Кто-нибудь глаз положил на кого-то?

— Одного уже пригласила в кабину дама из Марьиной рощи, другим балуются на сцене несколько девушек.

— Я тебе запретила говорить так, скажи – амазонки! – одернула ее руководительница.

— Амазонки, – тут же повторила девушка.

Руководитель клуба осталась ждать, а девушка, взяв Султана за руку, прошла в комнату, там оказалась, уборная, как у артистов, на вешалках мужская одежда, на полу – обувь. По подсказке девушки боксер снял с себя все, а когда остался только в семейных трусах, которые Султан носил за неимением своего размера – она остолбенела. Не могла подобрать плавки, поэтому вынуждена была вести его так, в мятых, не первой свежести трусах. Когда они вышли на сцену, освещенную матовым светом – зал притих. Белла Иосифовна оказалась за стойкой в углу первого ряда, ее видно было всем, как и Султану. Тут он увидел, что у нее рот раскрылся. Хотя на сцене уже стояли трое парней восемнадцати-двадцати лет. Они все были в плавках. Тела у них были стройные с накачанными мускулами. Рядом с ними тело Султана было в проигрыше, зато в трусах помятых да семейных было что-то серьезное. С этой минуты все смотрели только на него.

Через минуту с заднего ряда кто-то тихо похлопал, и его поддержал весь зал громкими аплодисментами. А потом все встали! Чемпион оробел, не поняв, что это: всех они так встречают или только его? Воздух был пропитан косметикой – топор повесить можно. Все девушки – все устремили взгляды на его трусы.

Белла Иосифовна села на высокий стул стойки, видимо это было начало сеанса. Все дружно сели. На чемпиона покосились теперь и парни, стоящие в двух шагах от него. Для зала они были уже известными, но девушки смотрели только на Султана.

Вечер обещал быть увлекательным и памятным.

Зал был не менее чем на шестьсот мест. Султан видел женские лица, светлые, устремленные к чему-то радостному, желанному. На стенах в полутемных тонах странно было видеть плакаты 20-х годов советского прошлого, из серии Окон ТАССа. Также было неожиданно видеть для чемпиона профиль запечатленной на фотографии Юлия Тимошенко и Аллы Пугачевой. Подумалось Султану: «Надо бы и фотографию Айнуры сюда повесить».

Революция гуляла по просторам бывшего Советского Союза. Где-то яростнее, где-то – слабее, но везде возникали очаги новизны. Шла борьба за каждую душу, замкнув в загон население и превратив его в послушных холопов, режимы во многих странах изо всех сил старались, не выпустить власть из рук. Выдумывали новые и новые образцы правления умами, чтобы оседлать других людей.

Наперекор всему организаторы «Амазонки» придумали клуб для женщин. Тут мужчины не бывают, они ищут уют у себя дома, в кругу семьи. Но любопытство их разбирало, когда любой из мужчин проходил поблизости клуба. Однако правила не позволяли им оказаться внутри. Ходили, выуживали у кассы «Амазонки», чтобы как-то добыть себе билет, некоторые после пожалели, когда к ним заглядывала милиция. В клуб могли попасть лишь женщины и девушки. Мужчины не имели представления, что происходит в нем и насколько хорош клуб изнутри.

— Начинаем сеанс! – объявила Белла Иосифовна осипшим голосом в микрофон. После рассказала о госте, боксере Султане, и обратилась к залу. – Он приглашен по рекомендации члена нашего клуба Марии Ивановной Дзюбиной. Вам как: сначала знакомство или сразу фривольности? С показа золотого тельца?

Женщины тянули ручки, тогда Белла Иосифовна обратилась к Султану:

— А вы что скажете?

— Хотите, чтобы я показал вам что-нибудь? – встал в позу боксера и сделал несколько ударов по воздуху. – Пожалуйста.

— Лапонька! – завизжала сидевшая рядом со сценой девушка, протягивая руку.

— Он на деле крутой, он – мой! – крикнула еще одна, топающая ножками.

Белла Иосифовна взяла деревянный молоток судьи и начала командовать:

— Лот стартует суммой пятьдесят долларов!

Это означало, оказывается, начало представления. Желающих было так много, что казалось, все поднимают руку. Руководительница клуба молотком указала девушке, что крикнула «он мой!». Та с легкостью ученицы встала с места и объявила свою сумму:

— Сто долларов!

Лес рук сразу убавился наполовину. Очередь дошла до следующей, и она назвала – двести. Следующая женщина – триста. Тогда первая девушка сразу добавила – пятьсот, и больше никого не было.

Белла Иосифовна трижды ударила молотком и дала право посмотреть «золотого тельца» ей. Девушка лет тридцати, со вкусом одетая, видимо, имеющая высокооплачиваемую работу, прошла по залу и поднялась на сцену. Зал, затаив дыхания, смотрел на чемпиона. Та подошла к нему с пятью купюрами по сто зелененьких впереди себя и протянула ему. Султан понял, что это та работа, о которой говорила руководительница при встрече. Спокойно взял их в кулак.

Тогда девушка подошла еще ближе к нему и, вытянув резинку трусов чемпиона, заглянула туда. Отскочив шаг назад, она завизжала так, будто увидела змею или еще какую-нибудь гадюку. Женщины в зале разразились смехом. Аплодировал весь зал, его поддержала Белла Иосифовна. Потом девушка встала на колени и, не стесняясь, зарыдала, при этом обхватила ниже живота Султана, обмазав слезами черные трусы боксера. Несколько девушек, хотели, было, ринуться на сцену, но Белла Иосифовна пригрозила им деревянным молотком.

— Тихо! От восторга это у нее. Сейчас придет в себя.

Султан похлопал ее по плечу, а потом встал пред ней на колени тоже и стал успокаивать:

— Да вы что? Не пугайте людей. Девушка, милая – это всего лишь натура. Ее с рождения каждый человек имеет, кто с опаской, а кто с уважением к ней относится. У меня натура такая, что теперь делать?

Но девушка не успокаивалась. Тогда Султан поднял ее на руки и, бережно неся, удалился со сцены. Девушка, обхватив за шею богатыря, на ходу что-то шептала ему в ухо, а после ушла счастливая, сама не своя.

Деревянный молоток ударил о дощечку, приводя взбудораженный зал в чувство. Тогда из-за сцены появилась девушка, и подошла к Белле Иосифовне с просьбой дать ключ кабины. Руководительница клуба с неохотой достала из белой сумочки ключ так долго, что из-за сцены появился Султан. От растерянности девушка, споткнувшись на ровном месте, чуть было не упала, ее во время подхватил боксер. После – ушли вместе.

Белла Иосифовна еще раз ударила молотком, призывая зал к тишине. Однако возбужденные порядком женщины и девушки обсуждали увиденное. В первую очередь ждали успокоения зала трое парней, по-прежнему стоявшие на своих местах. Они не могли продолжать без указания Беллы Иосифовны. Она начала следующий лот с четвертака, сделала три шага, и предложение кудрявого холостяка выиграла женщина из Тушина, за сто баксов. Дальше торговля зашла в ступор, женщины никак не хотели раскошеливаться за двоих приглашенных на вечер. Парни показывали силовые упражнения, разные трюки, а один даже спел. Белла Иосифовна завершила, утешив их словами:

— Не повезло, не унывайте. Вы молодые, у вас все впереди!

В кабине девушка и боксер выражали свои ощущения на непонятных друг другу языках, в основном, восторженными междометиями. Султан время от времени краем глаза бросал взгляд на смятые «зеленые», к которым прибавилось еще столько же, сколько получил на сцене. Он был удивлен, что за такую услугу можно получать деньги. У него была привычка спрашивать женщину в таких случаях:

— Ну, как приземляемся?

Девушка не ответила, но притихла как-то, спокойным взглядом провожая его с постели. Ни телефона, ни как тебя зовут – ничего. Он встал, прихватив доллары, пошел искать комнату, где раздевался. Воздух везде был насыщен косметикой – нормального воздуха не было.

Нашел комнату, где скинул одежду, но обнаружил ее разбросанной, а галстук и рубаху порванными. Да оказалось так все помято и испачкано, что нашел даже следы подошв на белой рубашке: явно об нее вытирали ноги.

— Мерзкие типы! – крикнул Султан, еле сдерживая злобу. – Хулиганы! Что они вытворяли? Самцы – сорванцы!

Тут вошла Белла Иосифовна, сходу поздравила его и добавила:

— Мы рады будем вас видеть всегда, вот моя визитка, звоните в любое время, и мы пригласим вас быть с нами. Успех в Амазонке вам обеспечен. В этом у меня сомнения нет.

Султан, взяв в руки остальную одежду, поспешил удалиться. Белла Иосифовна все еще протягивая визитку, опять обратилась к нему:

— У нас в клубе хорошие девушки, не так ли? Что молчим?

— Разве? – ответил чемпион у двери.

— Тут любой мужик мечтает побывать, раем считают люди, а вы мыкаете, – обиделась она.

Но ответа от него не получила. Прижав к губам микрофон рации, сказала приказным тоном:

— Выпустите его.

Вышел Султан из арки, темновато, машина с шашечками стоит, хотя до метро – рукой подать. Однако в таком виде не войдешь в метро. Сигналит – приглашает в салон. Обычно они всегда заняты, а тут приглашает. И чемпион решил прокатиться.

Ехали порядком и молчали. Машина неслась по широкому проспекту, везде встречали их зеленый свет. Султан удивился искусному мастерству водителя так рассчитывать скорость, чтобы до следующего светофора успеть попасть точно, когда загорится зеленый цвет. После бурной деятельности в клубе, езда в машине была занимательна, и он утешал себя. Душа наполнялась радостным чувством, в кармане лежала всегда желаемая выручка! Остальное – чепуха. Все это успокаивало его.

Ехал он на заднем сиденье и смотрел на освещенные улицы города. Везде окна жилых кварталов темны, первые сны людям снятся. «Отдыхают коллективно», – подумалось ему. Приятно было мчаться по свободной улице ночью. У Волжского бульвара надо было повернуть вправо. Машина брала курс на первый ряд, хотя Султан не стал предупреждать, как бывает, с другими водителями, кто не знает дорогу.

Водитель все время пел известную студенческую песню, а тут через включенную рацию девушка бодрым голосом стала звать кого-то, кто ближе к Площади Революции.

— Вася, а Вася? – звала она через рацию.

— Сучка! – вдруг выругался водитель и включил связь – Да слышу! Опять я, да?

Девушка, похоже, не первый раз слушала его замечание, немного притихла, а после усиленным голосом заорала на весь салон:

— Послушай Вася! Ты со мной таким тоном не разговаривай, понял? Я тебе нянька, что ли? Дуй на Площадь Революции! Зануда, паршивая!

Султану стало жалко парня, поэтому сказал:

— С телками надо воздействовать через их дорогостоящее место. Надо с ней раз- другой в кино или куда-нибудь, чтобы она признала тебя, как своего.

— А ты думаешь, я не ходил с ней, – ответил Вася. – Ее не устраивает мой инструмент.

— Еще раз предложи, поласкай, скажи – ты видишь в ней ангела- хранителя или еще там, в этом роде. Ну, сам понимаешь.

— Да, стараюсь – не выходит! – сердился Вася. – Дело в том, что она терзает меня, а сама посматривает на другого. Вот с ним она как шелковая, чтобы он ни говорил – соглашается. Лучшие заказы только для него. Скотина!

— Понял, ты любишь ее! – заключил чемпион. – Вот и горюешь. А она, почувствовав твою ревность, действует по своему усмотрению. Скажу тебе, Вася, историю необычную, в которую можешь верить или нет – твое дело. Женщина может приревновать даже к царапинке на теле мужчины.

Водитель промолчал, но слушал внимательно, видно было по выражению лица, которое отразилось на циферблате спидометра.

— Я побывал только что в женском клубе, где ты меня подхватил, – продолжил рассказ Султан. – Встретился девушкой, которая выиграла меня как напарника для себя во время конкурса. Жутковатое зрелище видеть драки женщин. Стал я оказывать ей услугу, и тут она заметила на моем инструменте шрам размером с мышиный хвостик. Это так расстроило ее, что она потом стала это место целовать и рыдать. Дело в том, что это случилось, когда мы были еще пацанами. Жили тогда в лесу благодатной долины Чеч-Тюбе, что в деревеньке, где я родился и вырос. Так вот, нас было семеро ребят, кто имел ружье – охотились в лесу. Ходили вместе, летом загорали – коротали дни вместе. Делать нечего. Соревновались во всем. Однажды мы топоры в ремень и пошли бродить по лесу, собирали сушняк для топки очага.

Старший у нас, Тото, был мастер на выдумки. Он сказал, что надо сравнить свои штучки и определить, кто первенство займет. Я был среди них самым крепким мальчиком, поэтому друзья без особой надобности не лезли драться и не травили, как других. Я сам мог, кого угодно поставить в угол. И вот, мы все разделись в лесу. Встали лицом к солнцу – выяснилось, что первое место – у меня. Тото предложил всем собраться у пня, что остался после спиленного дерева. Встали вокруг белого лица голого пня и выложили на лицо ее наши природные тельца. Стоим в ряд, поэтому очевидно, что опять я вышел вперед! Не знаю почему, но Тото берет свой топор, и делает замах и опускает. Топор падает прямо на мой прибор. Встрепенувшись, все зажмурили глаза. Открывают – лезвие топора задело четверть тельца, только кровь сочиться из-под лезвия, выползая оттуда змейкой на белое зеркало пня. Тото растерялся, лицо – выгоревшее тряпье. Предлагает мне: «Теперь ты мой, на вот топор!» Я оттолкнул его в сторону, потом всем миром сожгли арчу – пепел от нее посыпали на рану и, обмотав поверх лопухом, крепко завязали. Так вылечивают у нас рану – никакого заражения и заживает быстро. Договорились, чтобы никто из родителей не знал о случившемся. Рот на замке. Правда, бабушка моя все же догадывалась, видать, потому что исподтишка стала помогать, то пепел арчи вдруг оставит где-то рядом со мной, то сливки дает беспричинно кушать. Так я жил в неудобстве почти полтора месяца. Получается, девушка, что выиграла меня в клубе – приревновала мое добро к топору, думаю вот сейчас.

— Здесь поворачиваем, ведь? – спросил водитель.

— Так точно, Вася, – ответил Султан. – Ты верно угадал. Как это тебе удалось?

— По совместительству я обслуживаю «Амазонку», – ответил Вася. – А мне говорили, что теперь я буду заезжать часто, за вами. Так что будем знакомыми.

— Бывай! – согласился чемпион. – Насчет «частоты» не обещаю – много дел.

Муса Мураталиев. Тоска по огню. (Клуб «Амазонка»): 5 комментариев

Комментарии запрещены.